batrachospermum (batrachospermum) wrote,
batrachospermum
batrachospermum

Category:

Плохие новости для Страдивари


(Некоторые нюансы в рассказе являются фантазией, но они вполне распознаваемы и не затрагивают основную суть и методику описываемой работы. За более строгим чтивом можно обратиться к статье Эда Йонга для Discover Magazine – она послужила одним из источников для этой заметки. Собственно научная статья опубликована в PNAS.)


Антонио Страдивари недоволен результатами исследования его скрипок

В результате исследования, проведенного Клаудией Фритц (Claudia Fritz), которая изучает акустику музыкальных инструментов, и скрипичных дел мастером Джозефом Кертином (Joseph Curtin), был раскрыт секрет особенного звучания скрипок Страдивари: все дело в страдивирусе, поражающем мозги снобов, которые слышат то, что они хотят услышать!
Это шутка. На самом деле исследователи показали, что даже профессиональные скрипачи не могут отличить звучание Страдивари от других отличных скрипок, более того, его скрипка оказалась наименее популярна при двойном слепом тесте.

Во время Международного конкурса скрипачей в Индианаполисе (США) они отняли у шестерых талантливых, но хилых скрипачей их инструменты и предложили поиграть на них 21 добровольца – тоже умелых скрипачей, не шпану уличную. Среди них были как участники конкурса, так и судьи.
Три скрипки были новыми, одной из них – несколько дней от роду. Еще одна скрипка была изготовлена в первой половине XVIII века прославленным итальянским мастером Джузеппе Гварнери, на одном из детищ которого играл сам Паганини! Две остальных – работа Антонио Страдивари, причем одна скрипка в течение веков испытала на себе подбородки особенно одаренных исполнителей, которым давалась взаймы для концертов или записи. Три старинные скрипки вместе стоят около $10 млн – в сто раз больше, чем три новые. Только известность Джозефа Кертина и доверие к нему в среде музыкантов (а также, возможно, немного угроз и кулаков) позволили уговорить их отдать столь бесценные экземпляры в руки испытуемых, которые к тому же должны были играть на них в темноте!
Добровольцев поместили в слабо освещенную комнату в отеле и еще надели на них защитные очки – только защищали они не глаза скрипачей (от попадания в них смычка в приступе гениальной игры), а скрипки – от глаз скрипачей. Музыканты не имели ни малейшей возможности увидеть, что за скрипку они держат в руках, разве что учуять ее отличительный запах – но и тут исследователи подстраховались, смазав подбородники скрипок духами-глушилками. В такие же очки нарядили и помощников, раздающих инструменты, – таким образом, ни музыканты, ни помощники не знали, какие скрипки в тот или иной момент задействованы. Это и называется «двойной слепой тест». Только Фритц и Кертин знали – и кайфовали от своего всемогущества.

Для начала исполнителям давали по паре инструментов: один старинный и один новый. Поиграв на каждом минуту, они должны были сделать выбор – на этом этапе с одинаковой вероятностью отдавалось предпочтение как свежим, так и именитым скрипкам, за исключением той самой высокопочтенной скрипки Страдивари, которая, к печали великого мастера, стала практически изгоем…
На втором этапе музыкантам разрешили испытать все 6 скрипок разом (по-прежнему в очках), поиграть минут 20 и как следует оценить, а после этого – выбрать, какую скрипку они бы оставили себе навсегда (на всякий случай залепили губы скотчем, чтобы не раскатывали понапрасну). Победителем в этом состязании вышла одна из новых скрипок, старенькие выбрали только 8 человек из 21, при этом именитая скрипка Страдивари опять получила наиболее суровые отказы, некоторые даже хотели раздолбать ее о стену, но лихачей остановили.

Данные результаты означают, что старые мастера не были круче современных, пишут авторы (Джозеф Кертин при этом самодовольно ухмыляется), а значит, предпочтение первых – не более чем самообман. «Нынешние умельцы должны быть очень счастливы от нашего исследования, – говорит Клаудия Фритц. – И мы надеемся, оно поможет им в продвижении их продукции. Доказано, что они отлично делают свою работу и их скрипки еще как могут тягаться со старинными».
Страдивари же, вероятно, должен быть весьма опечален: похоже, за его поделки переплачивают вовсе не из-за их особого звучания, а всего-то из-за авторитетного имени и антикварного возраста. Впрочем, это не так уж и плохо. Когда экспериментаторы спросили у одного из испытуемых, какой школы, по его мнению, выбранный им инструмент, он устало улыбнулся, насколько позволил это сделать скотч, и ответил: «Надеюсь, это старина итальянец…»
Мастерство знаменитых синьоров никто не оспаривает – для своего времени они были действительно суперзвездами. Но технологии производства за несколько веков продвинулись, так что ничего удивительного, что иные из новых скрипок могут быть круче, чем лучшие из XVIII века.

«Новый инструмент, великолепно звучащий сегодня, может не звучать так хорошо через несколько поколений, а значит, окажется плохой инвестицией», – скептически замечает один из комментаторов. Страдивари и Гварнери такую проверку прошли. Но «было бы интересно снова провести этот эксперимент через 500 лет – с тремя наборами скрипок: очень старыми, старыми (сегодняшними новыми) и новыми скрипками из той эры, – предлагает другой комментатор. – Может быть, кто-то из лучших сегодняшних скрипкоделов окажется завтра новыми Страдивари».
Если кто-то из вас, уважаемые ученые-киборги XXVI века, читает нас на своих ментальных экранулах, то было бы неплохо учесть в вашем новом исследовании некоторые моменты, которые были упущены в данной работе.
Так, следует постараться найти побольше выборку – как музыкантов-профи, так и инструментов. Хотя надо отдать должное авторам, они старались по максимуму. В конце концов, предмет исследования – раритетные скрипки, которые не так легко добыть, даже если притвориться ученым.
Также следует проводить тесты в помещениях с разной акустикой, ведь зачастую в небольшой комнате различия в звучании не столь очевидны, как в концертном зале.
Имеет смысл проверить и влияние разных типов струн: на одних скрипках они могут звучать хорошо, на других – не очень. То же касается, вероятно, и смычков, хотя в данном исследовании смычок был постоянным для всех опытов.
Наконец, украшением работы послужил бы и спектральный звуковой анализ – возможно, он помог бы выявить интересные особенности звучания разных скрипок.
Tags: музыка и танцы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment